Александр Филиппенко: Подлецов играть интереснее

Бытует мнение, что играть подлецов сложнее и интереснее, чем голубых героев, у которых жизнь словно чистый лист: все качества только положительные, поведение честное, правильное и до приторности красивое. Возможно, это и так. А глядя на отрицательных героев, которых играет Александр Филиппенко, убеждаешься в этом вдвойне и проникаешься к актеру каким-то особым уважением и любовью. Действительно, некоторые экранные герои в сравнении с созданными им образами подлецов слишком скучные и однообразные. Но ведь и положительных героев Александр Георгиевич сыграл бы точно так же - убедительно и талантливо. В этом никто не сомневается.

В сериале «Одна ночь любви» Филиппенко досталась роль Иллариона Забелина. И актер очень рад, что ему поступило такое предложение.

- Александр Георгиевич, вы как-то полушутя сказали, что очень хотели бы сыграть положительного героя, но с таким, как у вас, лицом это невозможно. Вот и в «Одной ночи любви» вам опять досталась отрицательная роль...

- Ну я бы не сказал, что Илларион Забелин - однозначно отъявленный подлец. Он способен на искренние и добрые чувства: посмотрите, как сильно он любит свою дочь. Но в жизни ему не везет. Он человек со своими страхами и слабостями. Да еще и пагубным пристрастием к карточной игре. Это ведет его к нравственному падению. И по большому счету рядом с Илларионом нет человека, который помог бы ему выбраться из этой ямы... Но мне эта роль нравится. Она неординарная, яркая и многогранная, как, впрочем, и другие подобные мои роли в сериалах. Жаловаться мне не на что. А подлецов, кстати, всегда играть интереснее.

- Скажите, а какой ваш самый нелюбимый вопрос, который вам иногда задают в интервью?

- Когда меня спрашивают: «А что вы привнесли в эту роль? Какие ваши личные качества схожи с героем?», я обычно отвечаю, что принес с собой из дома костюм и обувь, а играю по сценарию. Там характер героя прописан. Остается только вложить в роль свою энергию и опыт. Поймите, актер - всего лишь переводчик с авторского языка на зрительский. Но от его таланта будет зависеть, насколько этот язык поймут и усвоят.

- Как вы относитесь к тому, что сценарии к русским сериалам пишут иностранцы?

- А что поделаешь, если у них это хорошо получается. Если бы меня что-то не устраивало, я бы отказался участвовать в таких фильмах. Но я же играю.

- Да, и довольно успешно. За последние пять лет получаете уже третье предложение от компании «Амедиа».

- Но, заметьте, я снимаюсь только в исторических сериалах, потому что они нормального качества и интересны. А ведь на телеэкраны выходит очень много низкопробных фильмов.

- Часто импровизируете на съемочной площадке?

- Еще раз повторюсь: я придерживаюсь сценария, а импровизации - дело сиюминутное, и спрогнозировать их нельзя. На то они и импровизации. А вообще я не люблю рассказывать про своих экранных героев. Мне всегда интересно, что вы, зрители, скажете про них. Оценка со стороны - вот что на самом деле важно.

- В каких-то еще проектах кроме «Одной ночи любви» сейчас участвуете?

- В «Моей прекрасной няне» с удовольствием играю отца Виктории Прутковской. Съемки уже начались, скоро вторая часть полюбившегося народу сериала выйдет на экраны. Папа Вики будет таким же смешным и искрометным, как и мама. Фильм идет на той же волне и с теми же актерами.

- А как обстоят дела с театром и антрепризами?

- Я выступаю с литера-турно-музыкальными спектаклями по произведениям Гоголя, Довлатова, Солженицына, играю для детей. Мне этого вполне достаточно, ведь на съемках в кино я очень загружен.

- В документальные телепроекты не зовут?

- Предложения поступают, я их обдумываю, но пока на это нет времени.

- А вы не считаете, что сериал - это понижение актерской планки?

- Есть и в сериалах своя прелесть. Они тоже дают бесценный актерский опыт.

- Просматриваете ли дома отснятый материал?

- Не всегда. И времени нет, да иногда и не особо хочется.

- Сейчас очень популярны различные ток-шоу и программы с участием звезд типа «Танцев на льду». Вас в такие проекты приглашают?

- Звали, но мне не очень хочется о них говорить и участвовать. Столько всего уже сделано и говорено, что смысла повторяться нет.

- Вы снимались в «Мастере и Маргарите»...

- Это мое замечательное творческое достижение, которое навсегда останется в личном багаже. Я играл в двух фильмах по Булгакову: в одном - Коровьева, в другом - Азазелло.

- Вы прислушиваетесь к критике?

- Конечно. Первые критики - мои домочадцы. Но и слова известных кино- и театральных критиков для меня не пустой звук.

- Кто для вас является авторитетом и кумиром в театре и кино?

- Кумиры, несомненно, есть, но я их не назову, чтобы других не обидеть. Это мое сугубо личное отношение. Могу только сказать, что в сериале «Одна ночь любви» мне очень нравится играть, и я ценю мнение Ирины Муравьевой и Ольги Остроумовой. А с режиссерами фильма мы уже работали, так что у меня ощущение, что я в «Амедиа» много лет. Здесь у меня практически со всеми добрые, партнерские отношения.

- Есть режиссер, с которым вам очень хотелось бы поработать?

- Конечно, есть. Но мне интересней узнать, кто из режиссеров хотел бы еще поработать с Филиппенко. Такие предложения рассмотрю в первую очередь.

- Часто отказываетесь от съемок?

- Да. Это мои личные причины.

- А как относитесь к рекламным роликам, в которых играют ваши коллеги?

- А почему бы и нет?! Актер может и должен пробовать себя в разных жанрах. А реклама - это своего рода творческий эксперимент, за который к тому же платят хорошие деньги.

- В мультиках никого не озвучивали?

- Озвучивал. Мне это тоже интересно.

- Планируете ли после окончания съемок
уехать на какие-нибудь долгосрочные гастроли?

- Наверное, нет. Поскольку грядет 200-летие со дня рождения Гоголя, я буду участвовать в проекте телеканала «Культура», который приурочен к этой дате.

- Расскажите о ваших увлечениях.

- Да никаких особенных увлечений нет. Отдыхаю душой, выгуливая своего любимого йоркширского терьера. Вот и все.

- А как еще отдыхаете?

- Езжу за город на природу, дышу свежим воздухом. Лучший отдых - все-таки пешая прогулка.

- Говорят, у вас практически нет никаких вредных привычек. Это правда?

- Да. Сейчас главное - держать себя в отличной физической форме и быть здоровым. Потому что, если выпадет серьезное творческое предложение, нужно быть к нему готовым. Актерская судьба соткана из удачи и счастливых случаев. Иногда выпадает такой шанс, о котором мечтал всю жизнь. И надо его ухватить и быть в нужный момент в нужном месте. Мне пока это удается.

- Ваш сын осваивает профессию режиссера. Вы одобряете его выбор?

- Пусть учится. Я очень хотел бы, чтобы он перенял опыт таких мастеров, как Виктюк, Макеев и Хейфец. Мы с ним многое обсуждаем, чем могу, помогаю ему.

- Сын приглашает вас на просмотры?

- Вот сейчас жду приглашения.

- А в совместных проектах участвовать не приходилось?

- Пока нет. Но это было бы интересно.

- Сейчас очень модно писать мемуары. Не собираетесь взяться за перо и бумагу?

- Были такие предложения. Но я думаю, что мои мемуары никому не будут нужны. И без меня много хороших книг и авторов. Все, что от меня в жизни требуется, я и так делаю. Хорошо, что всегда есть возможность выбора, что делать и как жить. И я всем желаю обрести такую удивительную возможность и никогда не терять ее. На работу надо ходить как на праздник и с работы домой - тоже. Тогда все будет получаться.



http://www.goldring.ru/index.php?option ... 2000:00:00

В предвкушении любви


Популярный артист не продавал душу дьяволу
Десятилетиями Александр Филиппенко радовал, удивлял, а иногда и потрясал благодарных зрителей на сцене и на киноэкране. Несколько лет назад он открылся перед нами и как звезда мыльной оперы. И вот он вновь каждый вечер по будням на телеэкране: на канале СТС с большим успехом идет «Одна ночь любви», а на подходе продолжение «Моей прекрасной няни», съемки которой идут полным ходом. На съемках мы и встретились с Александром Георгиевичем, ради нашего интервью любезно пожертвовавшим своим обедом, в его гримерной.

– Будучи вашим давним и преданным поклонником, очень удивился, узнав, что вы снимаетесь в мыльной опере. И компания «Амедиа» мне представилась в виде Мефистофеля, который сделал Фаусту–Филиппенко предложение, от которого тот не мог отказаться. Пользуюсь случаем, чтобы спросить: так что же это было за предложение?

– О, это давняя история, но сразу скажу честно, что душу дьяволу не продавал и что «Амедиа» отнюдь не дьявол, а крупнейший в стране производитель сериалов, подчеркиваю: качественных сериалов. Это первое. И второе: эти сериалы снимаются по новейшим технологиям. Вот эти два момента и вызвали мой интерес. И, должен сказать, далеко не сразу они меня увлекли.

– И как все это начиналось?
– Эти разговоры возникли давным-давно, еще до начала съемок «Бедной Насти». А самый первый разговор, помнится, был в джазовом клубе – с Александром Акоповым, когда он, уйдя с поста гендиректора канала «Россия», еще только создавал «Амедиа». Он был очень увлечен, говорил, что и для меня найдется интересная работа. Ну, если она будет действительно интересная, осторожно отвечал я. Но самое главное – я почувствовал: это мои друзья. Шли годы, и я постепенно созревал.

Мне не предлагают абы что, и я ни за что не соглашусь абы что играть. «Бедную Настю» и «Бедную Настю-2» – так мы в своем кругу называем «Одну ночь любви» – я не воспринимаю как мыльные оперы, это исторические сериалы с очевидными достоинствами. И предложение сняться в «Моей прекрасной няне» было продуманным. И в американском варианте есть господин Прутковский: как за кадром, так и в кадре. Структуру и стиль этого ситкома я хорошо понимаю и принимаю. Нам, выпускникам вахтанговской школы, очень легко это играть. Во время учебы мы каждую сессию сдавали мини-спектакли в виде отрывков из русских водевилей. Немаловажно и то, что работаю с режиссерами вахтанговской школы – Михаилом Макеевым в «Бедной Насте» и Алексеем Кирющенко в «Няне». Алексей, в частности, окончил актерское отделение Театрального училища им. Щукина, а затем режиссерское, десять лет отработал в Театре им. Вахтангова.

– И все-таки не могу понять, почему вы – такой занятой, востребованный, популярный, любимый миллионами…

– Ну, вы, конечно, жаждете услышать, что мне предложили миллионы, и я не устоял? Поверьте, к сожалению, это не так… Я очень долго отказывался. Мне без конца предлагали и предлагают сниматься в самых разных сериалах и на хороших условиях, и то, что я в конце концов согласился сотрудничать с «Амедиа», говорит только о том, что здесь мне хорошо. «Бедная Настя» стала для меня интереснейшим опытом участия в классической исторической мыльной опере, да еще снимаемой по новым технологиям, о которых мы и представления не имели. Рядом с нами находились американские специалисты, и меня поражало, как они работали. Я говорил своим молодым коллегам: будьте внимательны, на таких скоростях вы и не заметите, как штампы и шаблоны… Вообще-то без штампов и шаблонов на этом конвейере не обойтись, умение ими владеть заложено в технологию производства сериалов, но ни в коем случае нельзя допустить, чтобы они подменили то, что мы вкладываем в понятие «актерское мастерство». И потому так важно научиться «сбрасывать кожу».

И еще мне запомнилась «Бедная Настя» тем, как мы дружно работали. До сих пор, когда встречаемся, на наших лицах первым делом появляется улыбка.

– Тогда это было в новинку, а сейчас, спустя годы, что вас сюда влечет?

– Отвечу словами Левитанского: «Каждый выбирает для себя – женщину, религию, дорогу». До-ро-гу. Дорогу на «Амедиа» каждый выбирает сам.

– Недавно на улице услышал: «Филиппенко украсил «Одну ночь любви».

– Не одну. (Смеется). Я слышу, как моя жена Мариша кому-то по телефону говорит: «Не могу встретиться – сегодня у меня «одна ночь любви»!» Но это вопрос не ко мне, а к сценаристам. Мне тоже не очень нравится это название. Да не только название, но часто и тексты, которые к нам приходят. Очень многое приходится переделывать.

– В этом сумасшедшем потоке успеваете еще и переделывать?

– Вы сейчас задели самый больной вопрос. То, что было написано в сценарии, и то, что вы слышите с экрана, нередко совершенно разные вещи. Это очень тяжело, но без этого никак не обойтись. И раз я включился в работу, то должен отвечать и за то, как играю, и за текст, который произношу. И Светлана Иванова – актриса, которая играет мою дочь, мне по-дочерински послушна. Я ей говорю: спрячь свою бумажку – вот твой текст, и она тут же его произносит. В «эпизодниках», которые приходят к нам из Лос-Анджелеса несмотря на все забастовки тамошних сценаристов, все четко прописано, что должен зритель вынести из той или иной сцены. Вот исходя из этих установок я и вношу свою правку, а не потому, что мне так нравится.

– Халтурят, значит, сценаристы?

– Да не в этом дело, просто они еще недостаточно опытные. Им, например, не режет слух, что их исторические персонажи говорят современным языком. Это что касается «Насти», а вот к текстам «Няни» у меня куда меньше претензий. Их пишут бывшие кавээнщики – ребята умные и остроумные, обладающие литературным даром. Они мне близки по духу, поскольку я сам выходец из первых КВНов. Команда Физтеха, в которую я имел честь входить, в 1963 году выиграла первое первенство Москвы, победив в финале очень сильную команду 1-го Медицинского института.

– У вас замечательные партнерши…

– Перспектива сниматься вместе с Ольгой Остроумовой и Ириной Муравьевой стала одним из решающих аргументов в пользу моего сотрудничества с «Амедиа». Предвкушаю удовольствие от дальнейшей работы с Ирой: нам обещали любовь, и теперь с нетерпением ждем, когда же сценаристы что-нибудь интересное придумают.

– А не придется вам с Муравьевой самим сесть и сочинить историю любви, предварительно потренировавшись?

– Думаю, что не придется, – я уже немножко пожаловался кой-кому, отстаивая свои интересы и Ирочки. Потому что и нам, и зрителям хочется какого-то действия и чтобы чувства были. Мои герои почти всегда были активными в жизни и одержимыми какой-то идеей, в том числе и Кощей Бессмертный, не говоря уже о настройщике Белаше из многосерийного телефильма «Визит к минотавру». Вот и здесь моя суть требует активности и одержимости.

– В «Няне» вы играете отца главной героини – взрослой уже женщины. Ваше мужское естество на этот счет не протестует?

– Это в каком же смысле?

– В самом прямом. Кому понравится, если тебя, молодого в душе, представляют стариком?

– Ну и что? Сколько раз молодые люди играли стариков! Это лучше, чем наоборот! Тебе столько лет, на сколько ты себя ощущаешь. Я себя ощущаю молодым человеком. И не только я: Прутковский, как мне кажется, тоже очень даже молодой человек. Изнутри.


http://www.rodgaz.ru/index.php?action=A ... &issue=363